Войти используя аккаунт
Войти используя аккаунт:
Логин Пароль Забыли свой пароль?

Павел Сорокин: "Цели раздавать деньги просто так – у нас нет"

21.11.2019 / 12:01
На фото П. Сорокин. Фото предоставлено пресс-службой Минэнерго РФ

В беседе с RUPEC заместитель министра энергетики РФ Павел Сорокин объяснил, почему обратные акцизы на этан и СУГ не должны привести к выпадающим доходам бюджета, а НДПИ на попутный газ не соответствует курсу на стимулирование экономики, оценил возможные инвестиции нефтяников в нефтепереработку и потенциал прочности топливного рынка.

Одна из самых обсуждаемых среди нефтехимиков инициатив - введение обратных акцизов на СУГ и этан, что в долгосрочной перспективе позволит новым российским нефтехимическим и газохимическим комплексам быть прибыльными и составлять конкуренцию иностранным производителям. На каком этапе рассмотрения сейчас находятся соответствующие поправки? Существует ли вероятность, что они будут приняты до конца года?

Проект закона по обратному акцизу на этан содержит в себе основные принципы стимулирования добычи и переработки этана. Документ уже разослан в ФОИВы министерством финансов. Состоялось несколько, с нашей точки зрения, разумных совещаний с компаниями, на которых обсуждались его детали.

В целом, данный законопроект, который проходит совместно с законопроектом об инвестиционном коэффициенте для стимулирования глубокой переработки нефти, находится на достаточно продвинутой стадии. Мы рассчитываем, что он будет внесен (в правительство – прим.ред.) в соответствии со всеми процедурами уже в ближайшие недели.

Я не стану озвучивать прогнозы по срокам его принятия - здесь не все зависит от Минэнерго, но мы рассчитываем, что это будет оперативный процесс.

А что касается сжиженных углеводородных газов, на какой стадии находится обсуждение обратного акциза для них?

Дискуссия относительно финального сценария стимулирования переработки СУГов продолжается. Окончательное решение на уровне вице-премьера пока не принято. Мы рассчитываем, что сможем включить в текущий законопроект по акцизу на этан меры для стимулирования переработки СУГов, в случае достижения консенсуса по основным параметрам.

Какие источники пополнения бюджета рассматриваются для покрытия потенциально выпадающих доходов из-за обратного акциза на СУГи? Возможно ли введение заградительной пошлины на экспорт сжиженных углеводородных газов? Или же произойдет перераспределение доходов от повышения НДПИ?

Сейчас речи о введении заградительной пошлины на СУГ не идет.

Минэнерго с Минфином находится в очень конструктивном диалоге по вопросу. Мы совместно стараемся найти решение, которое не станет обременительным для отрасли и в то же время будет стимулировать приток инвестиций.

Здесь нужно исходить из очень простого принципа: стимулируя создание нефтехимических производств на базе российского сырья, мы можем получить продукт с высокой добавленной стоимостью, которая минимум в 1,8-2 раза выше, чем при продаже исходного сырья. На вряд ли найдутся другие сектора экономики, кроме нефтехимии, которые способны дать сопоставимые цифры по инвестициям в столь короткий период при такой высокой степени вероятности. Переработка СУГов и этана потенциально может принести 3-4 трлн дополнительных инвестиций.

Однако введение дополнительных стимулирующих мер не должно компенсироваться за счет создания негативных последствий для других отраслей. Поэтому мы считаем, что финансироваться обратные акцизы на СУГ и этан должны из бюджета, потому что выпадающих доходов не будет. Все проведенные расчеты показывают, что налоги от будущих производств более чем компенсируют любые субсидии, которые могут быть выделены для их создания. Не говоря о потенциальном мультипликативном эффекте.

А как быть с уже действующими пиролизами на газовом сырье - за счет каких источников покрывать обратные акцизы для них?

Безусловно, вопрос субсидирования существующих мощностей мы также обсуждаем. С обратным акцизом на этан все несколько проще - его переработка сейчас минимальна. Уже достигнуты предварительные договоренности, согласно которым будут заключены инвестсоглашения с обязательством потратить минимум 65 млрд рублей за пять лет, на развитие мощностей по переработке этана, что станет условием для получения обратного акциза на этан для существующих. Но это скорее мера по поддержанию инвестиций.

В случае с пиролизами на СУГах, которые также подразделяются на действующие и новые, ведется активная дискуссия. Мы видим большой потенциал для прироста инвестиций в данном сегменте переработки газового сырья, поэтому надеемся прийти к компромиссу с Минфином.

Что касается существующих мощностей. Возможно, для их стимулирования потребуются дополнительные меры?

Необходимо устранить перекос в экономике переработки различных типов сырья, который существует в настоящее время. Но устранить его одномоментно без высоких бюджетных затрат невозможно. Поскольку мы, прежде всего, руководствуемся интересами государства, могу сказать, что очевидного выигрыша для экономики от одномоментного выравнивания условий не будет, так как само по себе выравнивание условий не является достаточным для привлечения инвестиций в новые проекты. При этом если говорить о стимулировании создания новых мощностей, то положительный эффект для бюджета за счет увеличения налога на прибыль, имущество и прочего, а также для экономики за счет создания добавленной стоимости относительно сырья и привлечения инвестиций, абсолютно очевиден, это и является для нас приоритетным.

Недавно "Нижнекамскнефтехим", который планирует строительство нафтового пиролиза, заявлял о потере конкурентных преимуществ своего проекта в случае введения акцизов на газовое сырье. Вы разделяете опасения компании?

"Нижнекамскнефтехим" уже является получателем обратного акциза на нафту. Компания сохранит данную субсидию и для нового проекта, речь об изменениях действующего механизма обратного акциза не ведется.

Поскольку существует очевидный перекос в пользу переработки нафты, не корректно говорить о потере преимущества нафтовых пиролизов перед СУГовыми или этановыми. Компания не потеряет дополнительные доходы от переработки прямогонного бензина, напротив, она сможет получить дополнительные доходы от вовлечения в переработку СУГов.

Существует ли риск, что при введении обратных акцизов на СУГ и этан желающих перерабатывать тяжелое сырье на пиролизе просто не останется, хотя последнего за счет нефтепереработки у нас в избытке?

Сейчас не обсуждается полное выравнивание условий для переработчиков нафты и газового сырья. Для этого пока нет источников в бюджете. Приведение к единому знаменателю переработки различных видов сырья - это задача среднесрочной перспективы.

Важно подчеркнуть, что схожие условия работы для всех участников рынка не означают "уход от нафты". Компании, имеющие логистические преимущества в виде близости источника сырья, а также конфигурации производства, "заточенного" под переработку нафты, естественно, их сохранят. Поэтому неправильно утверждать, что существуют риски потери переработки тяжелого сырья.

Минэнерго заинтересовано в создании добавленной стоимости выпускаемой продукции. Нам в принципе индифферентно, какое сырье будет использоваться, если мы станем вместо 10 млн тонн на пиролизе перерабатывать 25 млн тонн. Если участники процесса останавливают свой выбор на одном типе сырья, значит, они видят потенциал для создания максимальной добавленной стоимости для себя именно от его использования. Государство не должно диктовать, какое сырье брать на пиролиз, оно должно только создавать условия для роста объемов его переработки и инвестиций в данный сектор экономики.

Какие еще меры, на Ваш взгляд, могут простимулировать инвестиции в российскую нефтегазохимию?

Все обсуждаемые сейчас проекты имеют длительные сроки реализации и окупаемости, поэтому для компаний крайне важно, в первую очередь, иметь долгосрочные и понятные условия.

Много вопросов остается к регуляторному аппарату: это и ряд стандартов в строительстве, и аспекты взаимодействия с контролирующими органами. Не хотел бы вдаваться в детали так как тут очень много специфических вопросов, каждый из которых потянет на не один час дискуссии. Но хочу сказать, что, если удастся справиться с чрезмерным и избыточным регулированием, это будет большой задел для повышения эффективности функционирования не только отдельного сектора, но и всей экономики. Не забывайте, что ускорение сроков реализации проектов за счет оптимизации регуляторики приведет к улучшению их инвестиционной привлекательности.

Говоря о неизменности условий для инвесторов, невозможно не упомянуть новое предложение Минфина по введению НДПИ на попутный нефтяной газ. Как Минэнерго расценивает данную инициативу?

Мы категорически не поддерживаем компенсацию "условно выпадающих" доходов, потому что мы не видим таковых вследствие стимулирования разработки Приобского месторождения. И профиль добычи, и экономика проекта указывают на то, что добыча начинает переходить на стадию падающей. Поэтому тот доход, на который рассчитывает Минфин, исходя из стабильных показателей добычи на месторождении, вряд ли возможен.

Более того, мы не считаем справедливой и эффективной компенсацию "условно выпадающих" доходов в одном секторе за счет совершенно другого. Безусловно, обложение налогами добычи попутного нефтяного газа приведет к выпадающим доходам в нефтехимии, которая создает наибольшую добавленную стоимость и которую мы пытаемся стимулировать. Это также крайне негативно повлияет на добычу на малодебитных скважинах и на истощенных месторождениях и может привести к падению добычи нефти, а тогда эффект для бюджета будет еще более негативным.

Увеличение стоимости сырья для сектора нефтехимии навряд ли соответствует курсу на стимулирование экономики и поощрение процессов создания добавленной стоимости. Кроме того, перекладывание ответственности за компенсацию для одной отрасли на совершенно другую - это отрицательный сигнал для всех инвесторов. Он может достаточно негативно отразиться на инвестклимате страны в целом.

Существует мнение, что интерес нефтяных компаний к проектам следующих переделов скоро закончится, так как конкуренция на глобальном рынке стремительно растет, а причин для снижения capex нет. Каков Ваш прогноз? Нефтяникам имеет смысл становиться нефтехимиками?

Я не стану отвечать от лица компаний, у кого из них интерес может пропасть или сохраниться. Но фактом остается то, что запланированные к вводу мощности в ближайшие несколько лет существенно превышают темпы роста спроса на нефтехимическую продукцию. И это абсолютно нормальная ситуация для любого рынка. На первом этапе образуется сфера высокой доходности за счет того, что спрос превышает предложение. Затем в этот сегмент приходят инвестиции, которые создают дополнительное предложение.

Последние несколько лет можно наблюдать снижение крек-спредов по некоторым из продуктов на 30-40%. Мировая экономика замедляется, что создает неопределенности относительно перспективы и темпов повышения спроса. И этот тренд сохранится на ближайшие годы, не исключено дальнейшее падение маржинальности. Игроков, которые не могут экономить за счет масштаба своего бизнеса, это может отпугнуть от нефтехимического сектора, либо заставить отложить проекты. И это тоже естественный процесс, которого нет смысла опасаться.

Мы придерживаемся простой логики. Какими бы темпами не развивалась экономика, нефтехимическая продукция в любом случае будет востребована. И если на глобальном рынке будет спрос на нефтехимию, значит, это должен быть спрос на российскую нефтехимию.

То есть справедливо утверждать, что российская нефтехимическая продукция в перспективе сохранит конкурентоспособность на глобальном рынке?

Наша нефтехимическая продукция по умолчанию пока не может быть самой конкурентоспособной на глобальном рынке, и на это есть ряд причин. Существуют логистические ограничения, "дорогое" заемное финансирование, отсутствуют определенные технологии и так далее. Но наша задача при помощи государственной поддержки, которая не нанесет ущерба бюджету, создавать условия для повышения ее конкурентоспособности.

Если мы можем ввести обратный акциз на этан в размере 9 тыс. рублей на тонну, повторюсь, без ущерба для бюджета, который вернется нам в виде налога на прибыль и других поступлений, то это позволит нам стать более конкурентоспособными. Таким образом будут созданы условия, чтобы новый завод появился в России, а не за рубежом. Мы не должны фиксировать внимание на том, что в другой стране появится очередной завод, мы должны создавать условия, чтобы потеснить этот условный завод и привлечь инвестора в наши проекты.

Если на мировом рынке будет обеспечен спрос, например, на одну тонну полимера, то мы должны стремиться к тому, чтобы максимальный объем этого спроса был удовлетворен произведенным в России продуктом. Мы имеем потенциал, чтобы занимать на глобальном рынке нефтехимии не 2,5%, а как минимум 5-6%.

Вы упомянули логистические ограничения. Рассматриваются какие-то варианты, чтобы эти ограничения снять?

С введением обратных акцизов появится возможность компенсировать большую часть так называемых барьеров. Не нужно усложнять систему, нужно делать ее максимально простой и предсказуемой.

Как Вы считаете, в какой мере в России потенциал по переработке газового сырья, который оценивается Минэнерго в 14 млн тонн, будет реализован?

Если будут приняты меры по стимулированию переработки СУГов и этана, то мы приблизимся к реализации этого потенциала. Если не будут приняты соответствующие меры - то нет.

Прошло ровно 10 месяцев с начала процесса завершения "налогового маневра". Как чувствует себя отечественная нефтепереработка? Озвученные отраслью пессимистичные прогнозы сбылись?

Любые эмоциональные выпады в таких вопросах не приводят ни к правильным выводам, ни к разумным решениям. Если проанализировать результаты действия "налогового маневра" и тех механизмов, которые в его рамках были внедрены, станет очевидным, что одна из ключевых задач - "удержать рост цен на автомобильное топливо в пределах инфляции" - выполнена. Цены на бензин растут даже медленнее инфляции, если учитывать индексацию НДС. При этом маржинальность розничного и мелкооптового сегментов сохраняется на высоком уровне. В большинстве регионов маржинальность даже превышает уровень 2017 года. Поэтому можно сказать, что внедренный инструментарий работает.

Мы отдаем себе отчет, что формула будет эффективно работать в адекватном диапазоне цен на нефть, но если котировки взлетят до $90-100 за баррель, то придется прибегнуть и к другим мерам. Хотя при таком сценарии у бюджета появятся дополнительные доходы для возможных компенсаций.

Сценарий на случай такого непредвиденного скачка уже подготовлен?

Вероятность такого скачка цен на нефть сохраняется в случае форс-мажорных обстоятельств. Для стабилизации ситуации, как можно было наблюдать в прошлом году, инструментарий имеется. Те механизмы, которые работают сейчас для регулирования топливного рынка, позволят создать в течение двух-трех лет достаточно большой запас прочности и задела по цене для розничного сегмента - чтобы он выдерживал более существенные колебания цен на нефть.

Наш прогноз на стоимость нефти стабилен. И при таком сценарии развития событий действующих инструментов должно быть достаточно.

А что касается топливного рынка? Возможно ли повторение "ручного регулирования", к которому пришлось прибегнуть в прошлом году?

Рынок сможет сам себя полностью регулировать после появления необходимого запаса прочности. Он и сейчас, в принципе, сам себя регулирует. Те меры, которые принимались для ограничения роста предельных цен на топливо, были рассчитаны на поддержку конкуренции в премиальном сегменте - мелком опте и рознице. Так и произошло. Если в рознице стоимость топлива оставалась стабильной, то в мелком опте наблюдалось снижение цен за счет усилившейся конкуренции нефтяных компании, несмотря на, как некоторые любят говорить, "госрегулирование". Де-факто удалось сохранить все рыночные механизмы работы.

Ограничение темпов роста цен ведь не было запланировано, это форс-мажорные обстоятельства. Задача, которая стояла перед правительством, - оградить население от возможных "ценовых шоков". Это социальная мера, при которой также было важно сохранить экономику нефтепереработки, чтобы не потерять сам продукт – бензин и дизель. Это было достаточно тяжелое упражнение, но эффективное.

Делать прогнозы о возможном повторении "ручного регулирования" сейчас не хотелось бы. Механизм отстроен и работает. Подчеркну, что для всех добросовестных НПЗ, которые действительно начали модернизацию в соответствии с подписанными соглашениями, условия функционирования существенно не поменялись.

А "самовары" с рынка уходят?

У всех заводов, работающих в "белом поле" и выпускающих товарный качественный продукт, проблем не должно быть. Производители же контрафакта или участники "серых схем", которые зачастую создают вокруг себя очень много шума, должны уйти с рынка. При этом все получили возможность взять на себя обязательства по модернизации для сохранения условий в том виде, в котором они были до завершения "налогового маневра".

Да, конечно же, мы как министерство, курирующее нефтепереработку, хотели бы больше предсказуемости с точки зрения регуляторного поля и фискальной политики. Но в целом могу сказать, что принятые за последние два года решения были хорошо выверены и разумны. Это позволило создать некую предсказуемую структуру, которую мы рассчитываем сохранить и в ней же функционировать, с внесением уточнений в случае необходимости.

Прорабатываются ли сейчас дополнительные меры для стимулирования нефтепереработки, возможно, точечные?

Необходимы не точечные, а полноценные системные меры для поддержки НПЗ, которые готовы проводить модернизацию своих мощностей. Поэтому Минэнерго совместно с Минфином была предложена инициатива по введению дополнительного инвестиционного коэффициента 1,3 к обратному акцизу на нефть для заводов, которые возьмут на себя обязательства по вложению 50 млрд рублей в модернизацию и установку оборудования для вторичных процессов нефтепереработки.

Данный коэффициент будет начисляться всем заводам, с которыми подписаны соответствующие соглашения, в процессе проведения модернизации. Минэнерго берет на себя обязательства по мониторингу проводимых работ. В случае, если инвестор не выполнит свои обязательства, он не просто потеряет возможность получать обратный акциз, он будет вынужден его вернуть. Инвесткоэффициент - это не условная "подачка" для отрасли, это действие, направленное на стимулирование объемов производства светлых нефтепродуктов, на прирост инвестиций и создание добавленной стоимости. Цели раздавать деньги просто так – у нас нет.

Когда планируется подписать первые соглашения по инвесткоэффициенту с компаниями?

После принятия соответствующего законопроекта. Он будет рассматриваться совместно с законопроектом по обратному акцизу на этан.

По итогу каких показателей по инвестициям Вы ожидаете от российских НПЗ?

Минэнерго и Минфин провели большую работу по анализу потенциальных инвестиций в отрасль. Мы уверены, что после вступления в силу законопроекта об инвестиционном коэффициенте, вложения во вторичные процессы нефтепереработки превысят 1 трлн рублей. Это более 30 установок.

Если раньше экономика модернизации нефтепереработки не всегда "летала" - capex большой, срок окупаемости длительный, а цены волатильны, - то с учетом коэффициента 1,3 существенная часть затрат на модернизацию сможет окупиться. Государство де-факто частично профинансирует строительство новых установок, вследствие чего привлекательность проектов вырастет, вырастет производство светлых нефтепродуктов, в том числе для обеспечения внутреннего рынка.

Принятый акциз на средние дистилляты используется для финансирования демпфера. При дальнейшей модернизации НПЗ производство дистиллятов, вероятнее всего, будет сокращаться, а значит, поступления от данного акциза также будут сокращаться. Соответственно, следует ожидать роста демпфера, верно?

Не стоит искать несостыковки в принятых механизмах. Когда возникла идея простимулировать нефтепереработку, все заинтересованные стороны осознавали, что в конечном счете это приведет к снижению выхода "темных" и изменениям в структуре собираемых налогов.

Демпфер действительно будет увеличиваться в какой-то степени за счет роста выхода "светлых". Но не стоит забывать об ежегодной индексации отсечки на 5%. Более того, демпфирующая надбавка рано или поздно за счет этой индексации будет минимизирована. При стабильной индексации цен на уровень инфляции и отсутствии резких колебаний нефтяных котировок в демпфере больше не будет потребности. Как я уже говорил, мы сможем создать необходимый запас прочности.

По сути, все стороны останутся в выигрыше. Нефтяные компании получат поддержку для модернизации своих заводов, и выражена она будет не столько в коэффициенте 1,3, сколько в кардинальных изменениях продуктовой корзины. Государство взамен получит налоги и гарантии стабильности на топливном рынке страны. Население при это будет иметь предсказуемую цену и рост в пределах инфляции, Поэтому искать нестыковки и неточности, говорить, что "недодали" - это принципиально неверный подход.

То есть, по демпферу все-таки возможны новые корректировки, или данное вычислительное упражнение завершено?

В начале года сложилась уникальная ситуация с крек-спредами на бензин, когда они ушли фактически в ноль. Были внесены требующие корректировки в демпфер, ситуация нормализовалась. Предстоит еще сделать небольшие уточнения по Дальнему Востоку.

Дайте возможность механизму еще поработать, а потом обсудим его эффективность. На сегодняшний день демпфер со своими задачами справляется.

Еще одно испытание для рынка – вступление в действие со следующего года ограничения MARPOL по содержанию серы в судовом топливе. Как вы считаете, возможен ли дефицит на российском рынке низкосернистого топлива? Конечная стоимость топлива для покупателей может вырасти?

Дефицита на российском рынке не прогнозируется, но вот стоимость такого топлива, конечно же, вырастет. Никто вам сейчас не назовет точную цифру, потому что пока нет полного понимания ситуации, но в целом возможен рост стоимости бункеровки на 20-30%. Будет проведена работа по установке скрубберов, однако ее объем пока не известен. Технически наши НПЗ готовы к покрытию спроса на низкосернистое. Имеет смысл подождать какое-то количество месяцев, возможно, год, чтобы понять, на какой отметке стабилизировался рынок.

Исходя из этой логики, Минэнерго выступило с предложением отсрочить введение нормативов MARPOL по сере на рынке ЕАЭС. Сможете чуть подробнее пояснить позицию министерства?

Александр Валентинович Новак очень четко сказал, что Россия будем полностью соблюдать требования MARPOL в отношении судоходства в международных водах. Все решения, принимаемые на территории ЕАЭС, относятся исключительно к юрисдикции стран - участниц союза. И решение применять требования по содержанию серы в топливе в границах ЕАЭС было несколько поспешным. Поэтому мы вышли с предложением отсрочить введение более жестких стандартов для внутренних вод стран - участниц союза. В противном случае, негативные последствия для всего внутреннего флота могут быть очень серьезными.

Нами было внесено предложение отсрочить введение требований MARPOL на территории ЕАЭС до конца 2023 года. Мы провели предварительные консультации с коллегами из других стран. Надеемся, что эта работа будет в срок завершена.

Как Вы оцениваете возможность введения углеродных санкций странами с доказано малыми объемами выбросов?

На сегодняшний день преждевременно об этом говорить. Мы находимся только в начале своего "экологического пути". Что касается "Парижского соглашения по климату", то каждая страна, присоединившаяся к нему, взяла на себя разные обязательства. Россия, с точки зрения выполнения взятых обязательств и их адекватности, совершенно точно в лидерах. Мы одни из немногих в мире, кто реально снижает выбросы. Если рассчитывать поглощающую способность лесов по правильной методике, то мы даже перевыполняем взятые на себя обязательства.

Что касается санкций на энергетику, то никто даже не предполагал, что их возможно столь фривольно применять. Более того, практически все экономисты утверждали, что любые торговые войны остались в далеком прошлом, потому что мир научился считать негативные эффекты от подобных недружественных действий. Поэтому нам как стране необходимо надеяться, прежде всего, на свои силы для обеспечения собственной безопасности и благополучия. Мы должны активно взаимодействовать по всем вопросам, оставаться в повестке и максимально оберегать себя даже от возможности недружественных действий. Главная возможность для нашего благополучия - это мы сами.




Редакция RUPEC выражает большую благодарность П. Сорокину за возможность личного общения и сотруднику пресс-службы Минэнерго А. Погосяну за помощь при подготовке интервью.


RUPEC в Twitter, в Telegram, на Facebook

Вернуться в раздел

Комментарии к новости

Нет комментариев

Внимание! Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь на сайте.