Войти используя аккаунт
Войти используя аккаунт:
Логин Пароль Забыли свой пароль?

Блоги

Вернуться к списку статей
Андрей Костин
Руководитель информационно-аналитического центра RUPEC
Все статьи автора
13.02.2013 / 10:01

Квоты закончились

Не так давно «Рупек» со ссылкой на западную прессу сообщил о том, что европейский рынок квот на выбросы углекислого газа переживает критический спад, а эксперты всерьез опасаются за устойчивость всей системы киотского механизма.

Казалось бы, нашу страну это касаться уже не должно: в конце 2012 года в Дохе Россия сняла с себя обязательства по выбросам во втором периоде Киотского протокола, оставаясь при этом формальным участником соглашения. Отказ от обязательств имеет и другую сторону: невозможность реализации рыночных механизмов торговли квотами и реализации проектов совместного осуществления.

Тем интереснее попробовать подвести какие-то итоги и посмотреть, как короткий период функционирования киотского механизма в России отразился на отечественной нефтехимии.

Напомним, реальные события с проектами в рамках киотского механизма начали происходить после октября 2009 года, когда постановлением правительства №843 ответственным за все действия по протоколу был назначен Сбербанк. Он-то и начал вести удобную и открытую страницу в Интернете, где публиковал документацию к проектам в рамках киотского механизма.

Из 150 проектов, представленных на сайте Сбербанка, мы отобрали только 96, по которым есть решения принимающей стороны, то есть зарубежных инвесторов в рамках проектов совместного осуществления или покупателей квот. Суммарный объем эквивалентов СО2, которые предполагалось экономить в этих проектах - 279878659 тонн. Самыми многочисленными отраслевыми группами, представленными в перечне Сбербанка, оказались металлурги и энергетики – по 26 проектов. 16 проектов были связаны с утилизацией ПНГ, 9 – в лесной промышленности и деревообработке. Интересующая нас нефтехимия и нефтепереработка сгенерировала всего 6 проектов от 5 компаний – «Нижнекамскнефтехима», «Казаньоргсинтеза», «Завода полимеров КЧХК», «Галогена» и «ЛУКОЙЛа» с проектом на Пермнефтеоргсинтезе (холдинг СИБУР также реализовывал проекты в рамках киотского протокола, но в сфере газопереработки, поэтому мы отнесли их группе утилизации ПНГ). Всего 3 проекта поступило в группе минеральных удобрений, 2 – в прочей химии.

Если смотреть на отраслевую структуру проектов поверхностно, то можно предполагать, что такие отрасли как энергетика и металлургия с их высоким уровнем выбросов будут доминировать и по объемам эквивалентов СО2.

Однако на деле получается следующее:

Выбросы.jpg

Получается, что нефтехимия и нефтепереработка всего с шестью проектами по объемам сэкономленных выбросов СО2 оказывается на 3 месте, обходя энергетику и деревообработку с 35 проектами!

Обратимся теперь к сути этих проектов. «Пермнефтеоргсинтез» модернизировал технологические трубчатые печи. «Нижнекамскнефтехим» в одном проекте «внедрил энергосберегающие мероприятия на производстве изопрена», то есть по факту осуществил переход с двухстадийной технологии получения изопрен-мономера на одностадийную. Во втором проекте построил новую газотурбинную установку на 75 МВт. «Казаньоргсинтез» подвел под киотский механизм целый букет своих модернизаций на всех основных установках завода за многие годы. «Завод полимеров КЧХК» организовал совместную утилизацию выбросов хладона-23 и гексафторида серы, а «Галоген» - утилизацию выбросов хладона-23.

Что касается объемов привлеченных по киотскому механизму средств, то их можно оценить следующим образом. В сообщении «Рупека» сказано, что нынешняя цена 1 тонны эквивалента СО2 упала до примерно €5, или на 70% от уровня середины 2011 года. То есть тогда тонна эквивалента тогда стоила порядка €15-16, а средним и адекватным можно принять значение €10 за тонну. Таким образом, в рамках киотского механизма нефтехимия получила порядка €450-500 млн. Причем получила, реализуя ординарные мероприятия по реконструкции производств, повышению энергоэффективности и оптимизации операционных затрат. Которые и без протокола были бы так или иначе реализованы. А учитывая колоссальный потенциал всей отрасли целиком по росту энергоэффективности, можно только предполагать, какие огромные инвестиции могла бы она привлечь при наличии, конечно, адекватного спроса и четкой методологии расчета комплексного эффекта от различных мероприятий с точки зрения снижения эмиссии СО2.

На сегодняшнем этапе можно только сожалеть о потере этих возможностей. Россию киотский механизм, кажется, уже не касается. Впрочем, не так давно эксперты из стран Таможенного Союза встречались для совместной выработки предложений по защите интересов своих государств во втором периоде обязательств по Киотскому протоколу. Так что, возможно, когда-нибудь механизм проектов совместного осуществления или продажи квот вновь станет доступен российской нефтехимии.

Вернуться в раздел