Войти используя аккаунт
Войти используя аккаунт:
Логин Пароль Забыли свой пароль?

Александр Раппопорт: "Драйвером развития российской нефтехимии будет внутренний рынок"

11.10.2010 / 12:59

"ЛУКОЙЛ" в начале 2009 года расформировал свое дочернее предприятие по нефтехимии – ЗАО "ЛУКОЙЛ-Нефтехим". Однако этот шаг не стал для компании свидетельством пересмотра отношения к этому направлению деятельности. Компания продолжает расширять существующие мощности, сохраняет планы по строительству нового газохимического комплекса. О перспективах развития нефтехимии в структуре нефтяной компании в интервью редакции "Рупек" и отраслевому журналу "Нефтехимия Российской Федерации" рассказал Александр Раппопорт, начальник Управления газоэнергетической деятельности и продаж продуктов нефтехимии и газопереработки ОАО "ЛУКОЙЛ".

Александр Натанович, начнем с вопроса, который волнует многих: расформирование ЗАО "ЛУКОЙЛ-Нефтехим" – это не признак потери интереса к нефтехимическому бизнесу?

Нет, это не свидетельство пересмотра нашего отношения к нефтехимии. Реорганизация "ЛУКОЙЛ-Нефтехима" – шаг по оптимизации управленческой структуры, главная цель которой – снижение издержек. Мы создали новое управление в центральном аппарате "ЛУКОЙЛа", которое занимается координацией работы нефтехимических предприятий. При этом в соответствии с регламентом компании центрами прибыли остаются сами нефтехимические предприятия. Здесь мы занимаемся координацией.

Что ж, если отношение к нефтехимическому бизнесу не поменялось, то существует ли в "ЛУКОЙЛе" некая утвержденная стратегия развития этого направления?

Она существует, как существовала и во времена "ЛУКОЙЛ-Нефтехима". Наша стратегия развития нефтехимических активов в главном синхронизирована со стратегией развития нефтехимии в Российской Федерации. Кроме того, поскольку мы представлены на Украине, то есть стратегия развития "Карпатнефтехима".

Каковы основные моменты этой стратегии?

Основная мысль – в рамках существующего портфеля активов продолжать расширение основных мощностей с тем, чтобы локализовать переработку сырья, производимого компанией "ЛУКОЙЛ".

Рассматриваются ли варианты выхода в новые продуктовые ниши? Не все же полимеры делать…

Надо понимать, что "ЛУКОЙЛ", прежде всего, нефтегазовая компания. А не нефтехимическая и, тем более, химическая. Наша задача – развивать крупнотоннажное производство базовых видов продукции.

То есть нефтехимия рассматривается "ЛУКОЙЛом" как переработка "хвостов" нефтепереработки и утилизации ПНГ?

Я бы сказал так: это способ получить добавленную стоимость по всем видам углеводородного сырья, производимого компанией "ЛУКОЙЛ". Причем получить ее здесь, где это сырье добыто и переработано. Экспорт – не выход. Нужна настоящая большая нефтехимическая локализация. Кому мы нужны в Европе? Там есть свои производители. Кому мы нужны в Китае? Они уже становятся экспортерами нефтехимической продукции. Также как и Ближний Восток. Осталась одна часть света, которая импортирует и не видит в этом большой беды. Это Северная Америка. Но и то лишь потому, что они вывели производства в страны с дешевым сырьем и рабочей силой. Так что позиция "ЛУКОЙЛа" – предложить потребителям на внутреннем рынке максимально возможный ассортимент нефтехимической продукции.

Тогда перейдем к конкретике. На совещании по нефтехимии в Нижнем Новгороде ваш представитель обмолвился о будущих поставках пропилена на "Саратоворгсинтез" с НПЗ "Нижегороднефтеоргсинтез". Расскажите подробнее про этот проект.

Пропилен является сопутствующим продуктом при производстве этилена на установках пиролиза, а также содержится в газах реакторов каталитического крекинга. Если раньше эти газы сбрасывались в тепловые сети НПЗ, то сейчас все понимают, что это ценное нефтехимическое сырье. Владимир Путин, кстати, тогда же и запустил на нашем НПЗ одну из установок комплекса каталитического крекинга. В конце декабря мы будем готовы поставлять пропилен на "Саратоворгсинтез" железнодорожным транспортом.

И какие объемы поставок планируются?

Мы рассчитываем отправлять в Саратов до 160 тыс. тонн в год. Таким образом, мы практически полностью закрываем его потребности в пропилене.

В ближайшие месяцы ожидается запуск новых производств в Калуше на Украине. Удается выдерживать график?

Да, в августе мы запустили производство этилена и полиэтилена. Дальше по планам запуск производства каустической соды и хлора, мы надеемся на участие в этом мероприятии президента Украины. А в конце декабря состоится запуск производства ПВХ мощностью 300 тыс. тонн в год.

Следующая площадка – "Ставролен" в Буденновске – самый "популярный" нефтехимический актив "ЛУКОЙЛа". В Нижнем Новгороде представитель компании опять вспомнил о связи будущего этой площадки с освоением Северного Каспия, вспомнил и о льготах. Почему речь о них зашла только сейчас, ведь когда проект изначально обсчитывался, нефть стоила существенно дешевле, а пошлины были больше?

На самом деле экономика как добычи углеводородов в Северном Каспии, так и газопереработки и нефтехимии на основе ПНГ была туманной даже на самых ранних этапах проекта. Получалось, что нефтехимическая составляющая "тащила" вниз экономику добычного проекта, сроки окупаемости вылезали за 20 лет. Поэтому мы и подняли вопрос о необходимости предоставления "ЛУКОЙЛу" определенных стимулов на первом этапе разработки месторождений и строительства перерабатывающих объектов, которые в дальнейшем принесут государству и инвестору большую выгоду.

Говорят, что газовый фактор и фракционный состав попутного газа месторождений Северного Каспия оказался не таким, как изначально…

Да, изначально мы предполагали, что попутный газ каспийских месторождений очень богат этаном, из этого и исходили в расчетах. Потом выяснилось, что содержание этана меньше, пришлось пересматривать конфигурацию комплекса.

Как проект выглядит сейчас и в каком статусе находится?

По нашим расчетам, "полка" по попутному газу, который мы рассчитываем добывать на месторождениях Северного Каспия, составит 5,6 млрд кубометров. Однако изначально объемы будут не очень велики. Например, к 2013 году прогноз по добыче ПНГ – 400 млн кубометров. Далее под пластовым давлением сырой попутный газ будет подаваться в Буденновск на площадку "Ставролена", где будет построен газоперерабатывающий завод, где ШФЛУ и этан будут отделяться от сухого газа, который в свою очередь будет подаваться в ГТС "Газпрома". Точку врезки нам согласовали около Георгиевска – около 100 км на юго-запад от Буденновска. Собственно, это тоже изменило конфигурацию проекта – изначально мы рассчитывали получить врезку в поселке Артезиан в Калмыкии, соответственно, строить ГПЗ на берегу. Сейчас точка зафиксирована, по ГПЗ уже заканчивается подготовка ТЭО.

А что касается собственно нефтехимии?

Концептуально мы видим, что это будет модернизация существующих мощностей, плюс строительство новых, в том числе создание новых мощностей по полиэтиленам современных марок. Однако точная конфигурация пока не определена.

При оптимистичном сценарии развития к 2015-2016 годам в Буденновске появится много полимерной продукции. Нет планов создать там кластер переработчиков?

"ЛУКОЙЛ" уже подписал соглашение с администрацией Ставропольского края о создании в Буденновске кластера по переработке продукции, которая будет производиться на новом газохимическом комплексе. Не могу сказать, насколько этот план воплотится в реальность, но мы со своей стороны сделаем все возможное для этого. Власти региона с учетом обстановки на Северном Кавказе, тоже в этом заинтересованы, но свои возможности придется соизмерять. Поэтому реализация этого замысла в больше степени зависит от администрации края.

Нет ли у "ЛУКОЙЛа" планов по вхождению в какие-то существующие нефтехимические активы?

Мы много рассуждали на эту тему. И поняли для себя, что в существующих нефтехимических активах в России нет ничего интересного.

Но есть же еще предприятия с новыми мощностями…

Вы имеете в виду 120 тыс. тонн в год полиэтилена на "Салаватнефтеоргсинтезе"? Ну, это можно было построить только в Салавате, у них есть свой этилен, в то время был лишний. А так маленькие мощности по полиолефинам неэффективны. Сегодня меньше чем 500 тыс. тонн в год вообще бессмысленно строить: инвестиции нелинейно зависят от масштабов производства, капитальные затраты получаются все равно большими, а сроки возврата увеличиваются. Например, по полиэтилену сейчас уже строят мощности от миллиона тонн в год. Если вернуться к предыдущему вопросу, то "ЛУКОЙЛ" намерен работать с тем набором активов, которые у нас уже есть.

На том же совещании в Нижнем Новгороде "Роснефть" озвучивала намерения инвестировать в ангарскую площадку 26 млрд рублей, построить производства полиолефинов. Видимо, этот проект рассчитан на сырье Восточной Сибири. Вы с позиций нефтяной компании как оцениваете перспективы создания нефтехимии на базе сырья этого региона?

В свое время еще у "ЮКОСа" была специфическая позиция – ПНГ надо утилизировать, причем несущественно, будет ли это эффективно. И проект по развитию ангарского актива на базе сырья Юрубчено-Тохомской зоны и Иркутской области существовал еще в те времена. Но куда потом эту продукцию девать? Собственное потребление там невелико: слишком мало заселен регион. Даже если этой продукции дадут скидку на железнодорожные перевозки до портов Дальнего Востока – куда везти? Япония ничего не принимает. Китай скоро сам что угодно предложить сможет. Так что нефтехимические инвестиции в Восточной Сибири кажутся сомнительными.

Тем не менее, как вам кажется, когда Юрубчен заработает, будет ли там создан ГПЗ для переработки попутного газа?

Вопрос в другом – для чего?

Хотя бы для достижения уровня утилизации в 95%...

Существует по крайней мере четыре оптимальных способа утилизации ПНГ, кроме нефтехимии, которые в "ЛУКОЙЛе" применяются. Это, во-первых, промысловая энергетика. Мы вообще хотим быть в этом смысле автономными, потому что электроэнергия, особенно в удаленных районах, стоит больших денег. Во-вторых, применение на технологические нужды. Если газа много – можно строить мини-ГПЗ, "отбивать" ШФЛУ – это ликвидный продукт. Ну, а следующая стадия – это идеология gas-to-liquid (GTL), которой мы сейчас активно занимаемся в партнерстве с "Роснано".

Расскажите подробнее, пожалуйста.

У нас создана рабочая группа, изучаем возможность на месте перерабатывать сырой попутный газ в товарную продукцию на промыслах в Западной Сибири. Это может быть дизельное топливо, синтетическая нефть.

Проекты GTL, как правило, очень капиталоемкие, потому что содержат узел конверсии ПНГ с синтез-газ – это, грубо говоря, огромная груда металла. Многие эксперты отмечают, что такие проекты смогут окупаться, если нефть будет стоить $200 за баррель. Вы считали возможную экономику?

Я бы сказал, при цене $100 за баррель. Но коллеги из "Роснано" как раз предлагают нам использовать новые катализаторы, которые смогу снизить капитальные затраты. Кроме того, мы прорабатываем вариант получения метанола – это менее капиталоемкое производство. К тому же, мы его потребляем для борьбы с гидратными пробками в скважинах. Приходится везти из Центральной России, а поскольку уровень потребления невысокий, затраты на транспорт неоправданно высоки. Кроме того, наши новые проекты на севере тоже потребуют метанол. Вот мы и занимаемся этим проектом, чтобы повысить свою эффективность.

Полностью интервью А.Раппопорта будет опубликовано в №4 журнала "Нефтехимия Российской Федерации".

Вернуться в раздел