Войти используя аккаунт
Войти используя аккаунт:
Логин Пароль Забыли свой пароль?

Виктор Иванов: Удовлетворительным состояние отрасли сегодня назвать нельзя

22.07.2010 / 16:41

Виктор Иванов, президент "Российского Союза химиков", председатель Комиссии по химии и нефтехимии РСПП

Виктор Петрович Иванов, 1943 года рождения, начал трудовой путь аппаратчиком на Сибирском химическом комбинате, где впоследствии стал начальником производства. Затем стал директором ПО "Титан" г. Армянска Крымской области. С 1988 года – заместитель министра химической промышленности СССР.

С 1992 по 1996 год – председатель Комитета по химической и нефтехимической промышленности РФ. С 1998 года – президент внешнеторгового объединения "Союзхимэкспорт". В 2009 году стал почетным профессором РХТУ им. Д.И. Менделеева.

Российский союз химиков является одним из инициаторов создания информационного интернет-портала "Рупек". Какие задачи ставили перед собой организаторы этого проекта?

Меня считают не очень современным человеком. И еще лет 5-6 назад подобные проекты вызвали бы у меня большой скепсис. Но сейчас я понимаю, что информация в Интернете находит большой отклик, я замечаю это в своей повседневной работе. Поэтому я уверен, что сегодня без этого практически невозможно. Правильно говорят: "Кто владеет информацией, тот владеет миром". Поэтому организация этого сайта сегодня для нас не только информационный рупор, но, прежде всего, связь со множеством предприятий отрасли, разбросанных по всей России, предпринимателями, наукой. Возможность пообщаться без телефонных звонков, переписки, а непосредственно здесь и сейчас. Ведь как бы хорошо ни работала телефонная связь, донести информацию до каждого члена Союза химиков – а их у нас сегодня почти 500 – очень трудно. А с помощью этого сайта налаживать связь можно гораздо эффективней.

Поэтому задач у проекта несколько. Во-первых, конечно, это предоставление достоверной информации о состоянии отрасли и ее перспективах. Вторая, не менее важная задача – общение на актуальные темы. В письме ведь не каждый человек тебе честно напишет, что он думает о том или ином проекте, а здесь он может это делать совершенно свободно.

Как бы вы оценили текущее состояние нефтехимической отрасли?

Очень сложно в двух словах описать сегодняшнее состояние отрасли. Нужно поэтапно смотреть на то, что с ней происходило за последние 20 лет. Первый этап – это начало приватизации, отсутствие рынка, особенно внешнего. Промышленность, не только химическая, была ориентирована на внутренний рынок практически на 90%. Когда он обвалился, начали поспешно искать внешние рынки, возникали десятки разных демпинговых скандалов. К руководству компаниями приходили люди, совершенно далекие от понимания того, как нужно развивать отрасль. Обвал 1998 года, с одной стороны, чуть было не добил отрасль. Но, с другой стороны, он помог движению вперед. После 1997-1998гг. к управлению начали приходить люди, которые думали о производстве, не о продаже активов, а об их дальнейшем развитии.

На втором этапе, после обвала 1998 года, начался подъем. Ежегодно отрасль прирастала на 7-10%. По отдельным видам продуктов цены на рынке выросли в два, три и более раз. Резко выросла цена на нефть. Как нужно было использовать этот момент? Конечно, нужно было создавать новые производства с абсолютно новыми технологиями. Но деньги были вложены в иностранные банки. Конечно, можно много дискутировать на тему того, что именно эти деньги во многом и спасли нас в 2008 году. Однако по большому счету, отрасль не развивалась за исключением отдельных предприятий.

Сегодняшний этап, 2008-2009 годы, это растерянность и обвал, резкое падение спроса. Сейчас выправляются рынки, как внутренний, так и внешние. У большинства крупных предприятий появляется перспектива и надежда. Но это происходит далеко не массово. Некоторые предприятия, такие как "СИБУР", "ФосАгро", "ЕвроХим", "Нижнекамскнефтехим", достойно выдержали этот этап. Но больше всего пострадал, конечно, средний и малый бизнес, без которого тоже практически невозможно движение вперед. И сегодня им приходится тяжелее всего. Конечно, сейчас уже легче найти кредитные ресурсы, ставки пошли вниз, политика банков изменилась – можно начинать заниматься реконструкцией и строить новые производства. Но, повторюсь, лишь отдельные компании это делают. К примеру, "СИБУР" строит Тобольск. А как не порадоваться за череповецкий "Аммофос", который выпускает удобрения и не покупает ни одного киловатта электроэнергии, используя для ее выработки отходы химического производства?

Но, в любом случае, удовлетворительным состояние химической отрасли сегодня назвать нельзя. Мы импортируем практически 40% химической продукции. Это безобразие. А ведь наша страна обладает огромными ресурсами углеводородного сырья! Так не должно быть.

Как вы оцениваете последние инициативы в сфере регулирования отрасли? Можно ли сказать, что компании и чиновники слышат друг друга?

Сейчас диалога как такового нет. Каждый существует сам по себе: компании сами по себе, чиновники сами по себе. А должно быть сотрудничество. Государство должно создавать законы, в которых нуждается бизнес, и такие законы, чтобы бизнесу было выгодно работать. Бизнес, в свою очередь, должен требовать от государства, чтобы создавались условия, и исправно работать.

А у нас как происходит? Государство постоянно ставит капканы бизнесу, бизнес обходит капканы. Государство, замечая это, закрывает лазейки. Так строятся взаимоотношения бизнеса и государства.

Обнадеживает то, что правительство, проведя совещание в Нижнекамске в ноябре 2009 года под руководством премьер-министра Владимира Путина, наметило пути развития газо- и нефтехимии. Минэнерго уже разрабатывает план развития отрасли до 2020 и 2030 года. Но сидеть и ждать, когда кто-то для тебя что-то разработает, я думаю, бесполезно. И компании, понимая это, принимают собственные решения. "Нижнекамскнефтехим" за последние три-четыре года вложил в строительство новых мощностей более $1 млрд! "ФосАгро", хоть и не построило новые производства, зато увеличило мощности действующих заводов в 1,5 раза против советских. "ЕвроХим" осваивает новые месторождения калийных солей в Волгограде. Новые производства строят Татарстан и Башкортостан. Но, конечно, текущую ситуацию с советским периодом, когда вводились сотни, тысячи мощностей в течение года, сравнивать нельзя.

Какие, по вашему мнению, должны быть приняты меры, чтобы кардинально изменить ситуацию?

Я считаю, что должно быть и частно-государственное партнерство, и методы кнута и пряника. Государству нельзя устраняться от влияния на промышленность, на химию и нефтехимию. Ведь что такое устаревшие нормы и технологии? Это влияние на природу, на экологию. Должно государство на это влиять? Конечно. Предприятию должно быть невыгодно работать на устаревшем оборудовании по устаревшей технологии. Поэтому к таким предприятиям нужно принимать более жесткие меры. Но одновременно предприятию должно быть выгодно вкладывать деньги в реконструкцию, заниматься технологическим перевооружением. И в этом государство должно идти на встречу путем создания, например, налоговых льгот.

Ведь почему Россию не принимают в ВТО? Первое и самое основное разногласие – это цена на энергоресурсы. Западные инвесторы совершенно справедливо могут задаться вопросом – почему вы покупаете газ по $100 за тысячу кубометров, а мы по $350? Ведь в этом случае вы и цену на продукцию сделаете ниже. Поэтому и говорят – доведите внутренние цены на энергоресурсы до мировых. А мы просто не можем этого сделать. Почему? Да потому что, если мы купим сырье по такой цене, то сразу остановимся. Потому что на устаревшем оборудовании, на устаревшей технологии нельзя выпустить конкурентоспособный продукт. Поэтому нужны годы тяжелой, кропотливой работы. Весь мир через это проходил.

А если государство видит, что предприятие не может создать новое направление, оно должно помочь ему. Предоставить льготное кредитование или даже совместно участвовать в проекте и получать потом дивиденды, либо продать по более выгодной цене.

То есть, вы считаете, что государство должно усиливать свое влияние в отрасли?

Ничего страшного в этом, пожалуй, нет. Необязательно диктовать, что и сколько тебе выпускать. Никто этого не требует. Но ведь можно сделать так, чтобы было не выгодно бросать отработанную шину, создавать свалки отработанного сырья.

Допустил бы сегодня серьезный западный бизнес, чтобы глубина переработки нефти у него была 75%? Нет, конечно, весь мир уже работает минимум при 85%. Допустил бы, чтобы оборудование у него было изношено на 90%, чтобы технологии не обновлялись? А наш бизнес допускает.

Но в 2009 году было, наконец, принято постановление о доведении утилизации ПНГ до 95% к 2012 году...

Можно издать тысячу постановлений, но бизнес сам проекты по ПНГ не освоит. Для этого должны быть приняты такие законы, чтобы предприятию не выгодно было сжигать ПНГ, вплоть до закрытия. А чтобы этого не допустить, государство само должно пойти туда, создавать совместные предприятия, пока, может быть, со своим участием.

Но хорошо уже то, что сейчас заговорили об этом. А ведь это должно было быть сделано 30 лет тому назад. Тогда уже была запланирована реализация четырех крупных проектов по развитию нефтехимии, переработке попутного нефтяного газа. Планировалось построить четыре мощных перерабатывающих центра – в Томске, Тобольске, Увате и Сургуте. За проект в Томске отвечало Министерство химической промышленности, за Тобольск – Министерство нефтехимической промышленности, проект в Увате курировало Министерство удобрений, а Сургут – Министерство газовой промышленности. Примерно на 70%, если не больше, со своей задачей справился Минхимпром и построил Томск, половина средств была вложена в Тобольск, ни копейки в Уват, в Сургут было лишь завезено оборудование для производства полиэтилена, которое до сих пор там и лежит.

Как вы можете оценить существующую схему регулирования отрасли? Не считаете ли, что нужно возродить Министерство химической промышленности?

Не нужно думать, что система, которая действовала в советское время, может быть возрождена. Да не нужно и пытаться возродить то, что с течением времени само собой трансформировалось. Но, с другой стороны, выстроенная сейчас схема никуда не годится. Разные министерства отвечают за разные направления химической отрасли. Да, в советское время были и Минхимпром, и Министерство удобрений, и Министерство нефтехимической промышленности. Но был Госплан, который всем этим руководил и все сводил в одно место. Сейчас Госплана нет, Минэкономразвития его не заменяет. Кто будет сводить балансы? Поэтому, на мой взгляд, нужен орган, который бы владел информацией о происходящем в отрасли – от сырья до конечного продукта. А сегодня всей информацией никто не владеет.

Если говорить о горизонте 2030 года, какие первоочередные задачи стоят перед отраслью?

Я вижу только один путь. Первое - это очень серьезная реконструкция нефтеперерабатывающего комплекса с доведением глубины переработки до 95%. Извлечение всех жидких фракций для дальнейшей переработки в химической промышленности. Это первое и незамедлительное условие. Второе – это реконструкция всех агрегатов, потребляющих природный газ, в первую очередь агрегатов аммиака, со снижением потребления газа на тонну аммиака на 30-40% от сегодняшнего уровня.

Третье – это строительство новых, современных энергоэффективных производств. Ведь если сегодня не заниматься вводом новых мощностей, говорить о химии бесполезно.

И конечно, мы должны активизировать работу по утилизации и переработке вторичных ресурсов – полимерных отходов, полимерной тары, шин, отходов от производства минудобрений. Другого пути нет.

Самое главное, что сегодня к управлению многими компаниями пришли грамотные, толковые специалисты. Они уже просто выросли в компаниях. Поэтому я верю, что химическая отрасль будет развиваться.

Вернуться в раздел